aleksandrsp (aleksandrsp) wrote,
aleksandrsp
aleksandrsp

Categories:
  • Location:
  • Mood:
  • Music:

По краю

- Надо ехать, Сань.

- Да кто б сомневался,Oльский...
Шеф называл меня на ты и по имени, а я его по фамилии и на вы - ну так сложилось, какая разница... Дружбе это не мешало. Главное, что денег, чтобы закрыть этот квартал не хватало. Надо было ехать подписывать акты выполнения, причём договариваться и сочинять их прямо там, на месте и поэтому ехать именно мне и одному. У него такой радикулит случился, что непонятно как этот спинострадатель вообще до работы добрался.

Ну почему такая невезуха? У людей командировки в Москву, Ленинград, Ташкент какой-нибудь экзотический или Сахалин далёкий, а я, минимум, четыре раза в год в Гуково - драсьте, центр цивилизации. Это ночь до Ростова, а потом часа три-четыре на старом дымном Икарусе до места. Да и там ещё как-то до ВЦ добраться. Потёртый и ржавый рейсовый ПАЗ ездил как придётся и только, когда надо было везти людей на работу или с работы.
Короче, перспективы не радовали и это, видимо, отразилось на лице,
- Ладно, ты иди сейчас домой, отдохни и соберись, - сказал он, а я Алку за билетом сгоняю, она тебе его домой принесёт.
Алка - наш молодой специалист, подскочила ко мне счастливо улыбаясь. Ещё бы, вместо отладки программы, смотаться на вокзал, погулять по городу - погода чудная, самое начало осени, занести мне домой билет и на работу уже сегодня можно и не являться. Я ей рассказал, какой билет нужен и она умчалась.

Элька была счастлива. Только ушёл на работу и уже вернулся. Пройти мимо неё просто так - об этом и думать смешно было. Пушистым и длинным хвостом, она организовала ураганный ветер в коридоре, а когда нализала, по-её мнению, достаточно - исчезла на секунду и появилась уже с поводком и ошейником в зубах. Ну если пришёл, то не просто же так... За это время я успел сказать жене, что уезжаю на несколько дней и она, конечно, попросила выйти с собакой погулять. Гуляли долго и с удовольствием, а когда пришли, Алка с билетом уже пила чай у нас на кухне. Я проверил, похвалил, что именно тот, который я хотел и положил его в специальный карман плаща, который застёгивался на пуговичку, а командировочные - на стенку в гостиной. Чай попили. Я кинул в сумку всё необходимое. Обнял, поцеловал всех и побежал на вокзал.

Я не люблю приходить на вокзал поздно - когда поезд уже подали. Мне ещё дед в подкорку вбил - надо, чтобы ты ждал поезд, а не поезд тебя... Нечего было дома так засиживаться. Но успел же. Закинул в ящик под полку сумку и поезд сразу тронулся, полез в кошелёк за рублём - проводница собирала деньги за бельё, и аж присвистнул. Перед глазами промелькнуло как я кладу командировочные плюс, на всякий случай, ещё чуть-чуть на стенку. И так и убежал - спешил же. Нет, кое-какие деньги у меня были. Времена советские, никогда не знаешь, когда-что-где выкинут. А нужно всё. Поэтому дежурные 50-100 рублей всегда с собой были. В этот раз, как назло - пятьдесят. Я стал считать - получалось, что на автобус туда и обратно и на поезд хватит. На гостиницу, этот ужас тогдашний мы называли гостиницей, тоже хватит. Но вот на какие деньги питаться? После всей этой арифметики оставалось рубля три. Хорошо, если удастся приехать, всё сделать за день и вечером уехать, а если нет... О кредитных карточках я знал в то время только по книгам и весьма туманно представлял себе как оно происходит, а о том, что можно взять денег в банкомате - так ещё и слова-то такого не было. Но что было делать, поезд уносил меня от дома, равнодушно постукивая по стыкам рельс. Утро вечера мудренее, решил я, особенно если на происходящее никак не повлияешь, и завалился спать.

Ехал я без всякой договорённости. Поэтому абсолютно не удивился, что начальника вычислительного центра на работе сегодня не было и ожидался он, хорошо, если завтра. Мог бы и вообще на несколько дней уехать. Делать мне без него было абсолютно нечего. И тех, с кем я работал - двух начальников отделов, тоже не оказалось на месте. Больше знакомых там не было и денег занять было не у кого. Ну не подойдёшь же к постороннему человеку с такой просьбой. Поэтому я поехал в гостиницу поселиться, чтоб хоть на улице на ночь не остаться. Мест обычно не хватало, как и везде тогда.

Мне повезло - дали номер на двоих, но так никого и не подселили. А есть уже хотелось всерьёз. Я вышел в магазин, а там - изобилие. Чёрствый хлеб и халва - по рублю двадцать килограмм. Всё, больше ничего. Как, как? - вот так! Полки заставлены, как сейчас помню, стаканами гранёнными, разной дребеденью мелкой и мне не нужной, велосипеды и даже мотороллер "Тула" - сельпо, классическое, хоть Гуково и считался городом. Вы любите халву? Я - очень. Нет, без шуток, я - очень. И эта халва была счастьем и выходом из положения.
Ведь рубль двадцать килограмм и хлеб - 20 сколько-то копеек. Ну и что, что чёрствый? А если тонкие ломти, так и ничего. Тут не до жиру, знаете. Принёс в номер. Отрезал хлеба, халвы - хорошо, что хоть нож с собой был. И поел. Живём! И так остаток дня и весь вечер. На следующий день я уже смотреть на эту халву не мог. Но что было делать?! Аккуратно положил всё в сумку и поехал на работу. Не завтракая. Думаю, стакан чая я попрошу - вчера предлагали, хоть и не знакомы.

Начальника опять не было. Мне открыли кабинет его уволившегося зама и я там сидел и прикидывал разные варианты форм выполнения - чтобы к приезду Вити, если он сегодня всё-таки появится, я был готов и надо было только распечатать и подписать.
Почему Витя? Да потому что это как раз и был начальник. Заказывал нам работу - он, все отношения с нами поддерживал тоже он. При подчинённых, конечно, Виктор ИванычЪ и полный официоз, но когда рядом никого - Витя. И мы его прекрасно знали и неоднократно выпивали и даже в гостях у него были как-то раз. Я тогда потряс его жену, прекрасную хозяйку, тем, что сумел накормить их заболевшую дочь лечебным, как они считали, гоголь-моголем. Ей это не удавалось ни по доброму, ни криками - никак. Но когда чужой дядя сел рядом, получил такую же чашку и с видимым и неподдельным удовольствием, что мне было легко - я с детства люблю, навернул всё - куры-то их домашние, яйца свежие, утренние - вкусно, словами не описать. Ну и она за компанию... и под сказку и от стеснения.

Когда Витя вошёл, я как раз отрезал очередной кусок халвы и, видимо, на лице отразилось - у меня лицо вообще открытая книга... Мы обменялись рукопожатием и он участливо спросил:
- Что, со стрихнином?
- Нет, - на выдохе и с полным ртом ответил я
- А как на тебя посмотришь, так с ним, родимым или с чем ещё похуже
- Хотел бы я глянуть на тебя, когда ты второй день одной халвой и святым духом, даже без чая...
Витя соображал быстро и был действительно гостеприимен. Ещё не дослушав, он уже нажал кнопку селектора и сказал секретарше, чтобы принесла кофе и закусить в его кабинет. А потом, взяв мои вещи, мне остались только черновики, пошёл в свой кабинет, на ходу буркнув мне:
- Халву, можешь оставить здесь и хлеб
Выслушав мой рассказ, он только и сказал:
- Не, ну ты вообще, позвонить не мог? - и, нажав очередную кнопку селектора соединился с домом:
- Люд, тут Саша приехал. Да, из Харькова. Нет, сам. Два дня одной халвой питался, так что мы скоро придём, ты там сообрази что-нибудь.
- Вить, мне ж на поезд - я не успею уже. Мне завтра, кровь из носу, надо быть дома.
- А если ты будешь послезавтра?
- Завтра же у Ольского 50-летие - я обещал...
Он посмотрел на меня:
- Люд, ты кур нажарила? Ты там упакуй одну ему в поезд, ладно. Он не сможет к нам. Я сейчас водителя пришлю.

С формами вопрос решился и пока машинистка их печатала, коньяк из сейфа перекочевал на стол. Секретарша уже принесла кофе без закусить и шептала что-то начальнику отвернувшись от меня и разводя руками. Витя так выразительно смотрел в ответ, что она мгновенно испарилась из кабинета.
- Ты прости, мы тут с ребятами вчера... и она говорит, что нет даже хлеба...
- Да ладно, забудь, я этой халвы с тем, что у вас хлебом называется, на полжизни вперёд наелся - твой кофе в самый раз сейчас
Мы коротко, но очень продуктивно пообщались и по работе тоже. А тут и водитель зашёл с увесистым пакетом, завёрнутым в бумагу от АЦПУ - ну мы же программисты :). Помните, правда это было давно, портреты Эйнштейна и Моны Лизы на АЦПУ. Ну буковками нарисовано всё. Вспомнили? Я всегда несколько с собой в командировку возил - очень помогали. Да, но я ж не о том - это просто чтоб вы поняли какая бумага :)

- Витя... я прям ... не знаю, как и благодарить, и Люде передай огромное спасибо - я ваш должник.
- Вот долги все соберу и разбогатею, наконец, - разулыбался Витя вставая и протягивая руку, - Ольскому привет и поздравления!
- Отвези его на станцию, а то он не успевает и скажи ребятам, чтобы его взяли. Билетов, думаю, уже нет. А на следующем автобусе он к поезду не успевает, - сказал он своему водителю.

Билетов уже действительно не было, но и это уладили. На одном из мест сидела жена водителя с грудным ребёнком. Её подвинули и я сел. Автобус тронулся и одновременно ребёнок заплакал. Всю дорогу он кричал без перерыва, мысль о том, что я смогу поесть - отпала сразу, да и голова разболелась. Ладно, в поезде поем со всеми удобствами. Я закрыл глаза и попытался утихомирить боль - безрезультатно. Вдруг автобус принял вправо и остановился. Когда я смог выйти, водители уже выставили внушительных размеров домкрат и откручивали колесо.
- Подшипник полетел, - сообщил мне тот, который не откручивал футерки. - Не волнуйся - мы быстро.
- Помочь чем-то могу?
- Ага, не уходи далеко - чтоб не пришлось никого ждать...
Действительно, через полчаса мы уже поехали дальше, но на въезде в Ростов что-то случилось и все стали в пробке. Когда мы приехали на вокзал, поезд как раз отходил. Следующий был в 11:30. Ждать надо было четыре часа. Он был проходящим и билетов ещё не продавали, но к нему цепляли местный вагон - плацкартный.
- Ну что, мужчина, будете брать?
Не хотелось ехать так, но проходящий шёл с Кавказа. Могло вообще мест не оказаться.
- Ладно, давайте.

Вот и деньги на постель образовались и ещё три рубля. Богач! Будет или нет возможность поесть в поезде - не понятно. А голод, как известно, та ещё тётка. Запахи вокзального помещения не вдохновляли и я вышел на улицу. Было весьма прохладно, но по-любому лучше чем внутри. Я увидел невдалеке какой-то сквер и пошёл в этом направлении.
Как и ожидал, скамейка там была, но сидела молодая женщина и рядом игралась кудрявая девчушка, раскладывавшая жёлтые листики - тарелочки, камушки и песок - еду. Идти вглубь сквера не хотелось - район не внушал доверия и лампочки в фонарях выбиты. Часть скамейки была поломана и сесть можно было, буквально, впритык к ним. Я посмотрел на женщину и обомлел. Ну точно Марина Неёлова...
- Вы разрешите мне присесть здесь?
- Не куплено, - зло выдохнула мне в ответ женщина таким голосом, что сразу стало понятно, чисто внешнее сходство, специально, правда, поддерживаемое, но нет... не она.

После захода солнца стало весьма прохладно. Даже мне, несмотря на мой свитер и плащ. Женщина была в совсем уже не модной тогда болонье, а девочка - просто в платье, правда, с рукавами. Я достал из сумки пакет с курицей и развернул его. Люда, я уже говорил, прекрасная хозяйка, курица была поджарена до золотистой, даже и на вид хрустящей корочки, отдельно была завёрнута половина круглого домашнего хлеба, несколько помидоров размером с крепкий кулак, огурцы, зелёный лучок и несколько пучков петрушки, киндзы и укропа. В спичечном коробке соль и салфетки отдельно.
Губы у женщины нервно задёргались в полунемом, но легко читаемом с губ монологе, она порывисто встала и, сделав несколько шагов, не поворачиваясь, протянув девочке за спиной руку, на мгновение остановилась. Ребёнок остался стоять на месте, глядя на еду...
- Тебя как зовут?
- Муська. А её - Лизка, - ответила девочка не отрывая голодного взгляда от курицы
- Заткнись и пошли отсюда, - прошипела эта Лиза, но Муська и ухом не повела
- Слушай, Мусь, у меня жена такая строгая... Если я чего-нибудь не доем, мне очень попадёт. Помоги, а?!
Я салфеткой оторвал куриную ножку и дал её девочке. Потом разрезал помидор на четыре части, огурец и положил всё перед ней. Ножку она за это время уже почти закончила. Лиза стояла так же протянув руку, но чувствовалось, что уже не так решительно.

- Вы извините, Лиза. Я два дня не ел, практически. Просто уже не могу терпеть. Да и ребёнок, видимо, голоден. Давайте поедим. Здесь хватит на всех. Я взял ещё одну салфетку, спасибо Люде, оторвал крыло, отрезал хлеба и протянул это Лизе. Она к тому времени уже повернулась и, не зная как поступить, беспомощно посмотрела на Муську, потом на курицу и, тихо сказав "спасибо", села на краешек скамейки. Ела сдерживаясь и стараясь не спешить, но всё равно было видно, что не ели они тоже давно. А мы с Муськой во всю общались и она успела рассказать мне если не всё, то почти всё.

Домашняя курица - это всё-таки много. Сколько там нужно, чтобы накормить маленькую девочку и не сильно отличающуюся от неё размерами женщину. Короче, мы наелись. Конечно, Муську начало клонить в сон, она уселась между нами и прижалась к Лизе, но это её не устроило. Тогда она прижалась ко мне и я её обнял одной рукой, но ей всё равно было холодно.
- Слушай Мусь, а садись ко мне на колени, если мама не возражает
- Мама... - с полузакрытыми уже глазами сказала Муська, - да какая она мама? Это ж Лизка, мамина подружка. А мама ушла с одним дядей и меня на неё оставила. Скоро придёт и мы поедем на поезде в Харьков, - произнося эту речь Муська вскарабкалась ко мне на колени и я укрыл её плащом.
- Ты сказку знаешь?
- Сказку? Ну хорошо, давай я тебе расскажу одну сказку.
Но рассказывать уже было некому - угревшаяся Муська спала
- А мне? - попросила Лиза, - расскажите мне.
- Ладно, это легче, а то я по детским сказкам не очень. Давайте я Вам сказку о любви расскажу. Некоторые её песней называют

Я не знаю как молодые говорят сейчас, но тогда мы знали некоторые книги если не на память, то близко к тексту. Это Мастер и Трудно быть богом, Двенадцать стульев и Золотой телёнок, Швейк и, конечно, Бабель. Я любил Куприна и помнил кое-что из Суламифи, но сказать, что я могу рассказать её дословно - нет, даже если бы я её учил специально. Вы помните все эти перечисления богатств и красот храма или рассказ Соломона о драгоценных камнях? Вот то-то. Такое запомнить я был не в состоянии даже тогда, несмотря на молодость. Но сюжет и несколько - диалогов плюс суд Соломона и храм Изиды - это да, я мог. Лиза слушала хорошо - она полностью погрузилась в рассказ и на её лице отражалось всё, о чём она в это время думала. Когда я закончил - она очнулась не сразу и низким приятным голосом - злость ушла, а с ней и высокие скрипящие звуки, повторила:
- Освежите меня яблоками, подкрепите меня вином, ибо я изнемогаю от любви.
И сразу же без перерыва
- Ненавижу...
Я такого не ожидал и немного опешил:
- Кого?
- Писателей. Душемотателей этих...
- Да? - улыбнулся я, - значит понравилось. Но это не он, он только пересказал. Из древних еврейских книг
- Ну понятно, царь то - Соломон...

Вдруг мы услышали приближающийся топот и в пятно света, где мы сидели на скамейке, вбежал сорока - сорока пятилетний полноватый мужчина. Его намерения не вызывали никаких сомнений. Я со спящей Муськой на руках и Лиза инстинктивно отпрыгнули в разные стороны прямо из положения сидя. И вовремя. Мужчина остановился, упёрся руками в спинку скамейки и начал блевать как раз на ту целую её часть, где мы за секунду до этого сидели

Муська проснулась и сползла с моих рук на землю, но крепко держала меня за штанину.
Лиза отвернулась, а я, видя, что он не пьян, спросил:
- И как прикажете это понимать?
- Мне - плохо, вы что, не видите - мне плохо, мне очень плохо...
- Вижу, но не уверен, что это повод рыгать на незнакомых людей... Может вас проводить на вокзал в медпункт?
- Какой, на хер, медпункт?! Сам пойди в медпункт, - заорал он. - Мне плохо, видите вы..., идиоты какие-то...
Лиза, сжав кулаки в карманах и отведя их в стороны, подошла к нему сбоку и не повышая голоса сказала:
- А ну пропади...
И он выпрямился и ушёл, утирая рот рукавом плаща, отплёвываясь и что-то бормоча себе под нос
- Вы его знаете?
- Первый раз вижу, - ответила Лиза
Сумка, которую я отставил в сторону, когда мы закончили еду, к счастью, осталась чистой. Я её взял и мы пошли потихоньку по направлению к вокзалу.

Шли с пригорка мимо какого-то павильона. Судя по доносящимся звукам, там был тир. Муська стала канючить, что хочет туда. Можно было пройти по дорожке, но это надо было идти метров 50, а потом возвращаться. А можно было просто спрыгнуть вниз прямо на дорожку к тиру, не высоко - не выше, чем мой рост. Я отдал сумку Лизе и прыгнул. Чудом поймал Муську, которая прыгнула прямо на меня, когда я был ещё не готов. Потом я протянул руки к Лизе, она наклонилась - я взял её под мышки и она, желая мне помочь, наверное, оттолкнулась от земли ногами. Она была небольшого роста, изящная женщина размера "петит" и удержал её я легко, но она провернулась у меня в руках когда я опускал её на землю.

Есть такие блузки, точнее нет - блузки ни при чём, есть такие пуговицы, которые не для того, чтобы застёгиваться, а наоборот. Фонари освещали это место, скажем, ненавязчиво. Я давно, конечно, понял, что лифчика на ней не было.
- Сиськи, - сказала Муська противным голосом и успела увернуться от подзатыльника. Лиза поправила причёску и потом застегнула пуговицы

В тире было несколько человек, но они не стреляли. Муська сообщила, что хочет куклу. Пульки для призовой стрельбы продавались по 15 копеек и можно было купить не больше трёх штук за раз. Попадать надо было по деревянным кубикам, что, конечно, не сложно. Нужно было выбить три десятки. Но весь фокус в том, что все двадцать пять кубиков стояли к нам тыльной стороной - цифрой к стенке. И угадать три десятки было, практически, невозможно. Но как объяснить это ребёнку?! Договорились, что стрелять она будет сама, но с моей помощью. Промахнуться там было невозможно и мы выбили какие-то кубики, не десятки, понятное дело, и получили утешительный приз - карандаш и резинку-стиралку.
- А вы хотите пострелять? - спросил я Лизу
- Да
- Умеете?
- Нет
Я переломил воздушку, вставил пульку и защёлкнул ствол
- Когда вы целитесь, эта маленькая штучка должна попасть вот в эту прорезь и быть на одной линии с центром мишени. И хоть отдача здесь не сильная - лучше прижать приклад к плечу. Понятно?
- Нет
Я высокий и руки у меня длинные, мне их вполне хватило, чтобы взять ружьё поверх её рук, став позади неё. Я поправил ружьё, направленное почти в потолок, Лиза сделала шаг назад и прижалась ко мне спиной. Глаза её были при этом плотно закрыты.
Мы немного постояли так или мне показалось, что немного
- Eсли открыть глаза, то целиться будет удобнее, - тихонько, в самое ухо сказал я
Она улыбнулась, выпрямилась, прицелилась и выстрелила - игрушечная мельница закрутилась. А потом и остальные четырнадцать пулек легли точно в цели.

Снаружи донеслось:
- Муськаааа, Лиза!
Мы вышли и Муська покричала в ответ. Подошедшая женщина была невысокого роста, но очень, как говорят, фигуристая. Она сразу поняла, что мы втроём и протянула мне руку:
- Анджела
Я тоже представился.
- Ну ты подумай, на секунду нельзя оставить... уже с кавалером да ещё с каким, - понесла она какую-то чушь, а глаза, внимательные и трезвые ощупывали и оценивали меня в это время с ног до головы
- Мария, идём - не будем им мешать, - схватила она ребёнка за руку и пошла. Муська еле успевая перебирать ногами бежала за ней
- Постой здесь, я сейчас, - сказала Лиза и догнав их за поворотом, буквально, через нескольких шагов, дёрнула и развернула к себе Анджелу
Я подошёл ещё немного ближе. Между нами был куст и они меня не видели
- Стоять! - сказала Лиза
- Ну?!
- Забудь. Он пустой абсолютно.
- Ничего. Его плащ и джинсы - уже дело. Отойди. Ребята здесь, в двух шагах. На поезд ещё надо успеть. Нам сегодня фарт. Не пустые. Билеты взяли - в купе поедем. Поедим. Муську покормим...
- Муську он накормил. И согрел...
- Ты опять что ли!? Влюбчивая ты наша
- Анджела
- Ой, ну ладно. Дура ты Лизка. Когда ты уже ...?! Поздно - пошли на поезд. Они прямо туда придут. Вагон номер семь.

Поезд как раз подходил к платформе, когда мы вышли из здания вокзала. Седьмой вагон был рядом, а мой вагон прицепили последним.
- Я приду, - сказала мне Лиза, когда я передал ей Муську на площадке вагона. Анджела в это время препиралась с проводницей. Билеты были у их спутников, которые ещё не пришли

Я зашёл в свой вагон. На моём месте сидела какая-то семья. Проводница посмотрела на мой билет и выматерилась
- Сколько ж они двойников продали? Совсем там перепились что ли?
Подошёл начальник поезда:
- Я в курсе уже. Пусть идёт в восьмой - там есть места...
Я пошёл в восьмой вагон. Он тоже был плацкартным. Место оказалось нижним. Все уже спали. Бельё было постелено и свет выключен. Только кое-где тускло светились плафоны ночного освещения
- Принесите мне другую постель, - попросил я
- Нет, им не угодишь, - запричитала проводница. - Я ему как лучше, постелила - опять плохо! Твою ж мать!
- Ну да, , - ответил я, - вот эти две пожилые женщины легли на верхние полки, а нижнюю для меня оставили и вы её застелили, да? Просто вышел у вас человек в Ростове, а вы мне хотите его постель второй раз продать. Принесите другую, я заплачу и за ту и за эту ( я же богатый, у меня ещё два рубля было :)
- Нету у меня постели, - злобно окрысилась проводница. Забрала ту, что была постелена и ушла.
Я достал из сумки рубашку, закрыл её подушку, лёг не раздеваясь на матрас , укрывшись забытым проводницей одеялом и закрыл глаза.

Поезд поехал. Не прошло и пяти минут, как в проходе появились Лизка с Анджелой и Муськой
- Ну и где ты его здесь собираешься искать?
- Проводница же сказала, что одного отправила в восьмой, а второго - в четвёртый
- Ты под все одеяла заглянешь? Во всём поезде?
Голоса приближались
- Ааааа, - вдруг заверещал женский голос, - что вы тут ищете? Проводник! Идите сюда! Здесь какая-то женщина...
- Да не шуми, тёть. Я мужа ищу - он здесь где-то... потерялся

- Лизка, идём отсюда. Заметут нас из-за тебя, идиотка, - послышался громкий шепот Анджелы. Что, так отсосать приспичило? Дам я тебе эти пять рублей. Муська вон уже на ходу спит

- Послышался сдавленный стон и опять прерывающийся шопот Анджелы:
- В край опизденела? Больно же! Вот оторвут тебе голову за все твои выходки, дура бешенная. Чего я только вожусь с тобой?!
- Потому что, если бы не я, тебя - блядь последнюю, Васька давно бы прирезал. Вот чего, - услышал я голос Лизы, - пошли. Освежите меня яблоками, подкрепите меня вином, ибо я изнемогаю от любви
- Чего?
- Ничего. Пошли.
Они прошли мимо меня и не заметили, а я лежал и думал:
- Ну а что я могу? И зачем я ей и она мне?
Колёса стучали на стыках. покачивало и я почти сразу уснул.

Subscribe

  • Совсем плохая новость

    Уже несколько дней не могу успокоиться В голове крутится и крутится... Не понимаю и не могу принять Ушёл Vyacheslav Skrebets - один из самых…

  • Хлеб

    #вспоминалкаSp Родители ехали с работы до Гуданова, ну харьковчане знают, потом надо было перейти Пушкинскую и, вернувшись немного назад, зайти в…

  • Шесть + семь

    ну и что, что 13? Поскольку уже пошли первые поздравления, видимо, ФБ вывесил информацию, не утаю: да - 67! Стукнуло :) Первые 5 месяцев на…

promo aleksandrsp july 26, 2012 13:47 274
Buy for 200 tokens
Ну вот, опять длинный текст. Sorry Я выкинул из него всё, что мог и всё равно - много Но это последний раз, честное слово Кто не испугался, прошу под кат :) С ежедневной утренней планёрки я выходил, как всегда, последним - Сань, - когда я уже открыл дверь, задержал меня главный инженер, - надо…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 129 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Совсем плохая новость

    Уже несколько дней не могу успокоиться В голове крутится и крутится... Не понимаю и не могу принять Ушёл Vyacheslav Skrebets - один из самых…

  • Хлеб

    #вспоминалкаSp Родители ехали с работы до Гуданова, ну харьковчане знают, потом надо было перейти Пушкинскую и, вернувшись немного назад, зайти в…

  • Шесть + семь

    ну и что, что 13? Поскольку уже пошли первые поздравления, видимо, ФБ вывесил информацию, не утаю: да - 67! Стукнуло :) Первые 5 месяцев на…